Мирон и лошадка, что укачивает шагом

Наступил тихий вечер, и тёплое солнышко опустилось далеко-далеко за горизонт. Небо стало темно-синим, а маленький мальчик Мирон отправился на доброй лошадке домой. Лошадка была большая, очень тёплая и ласковая, с мягкой пушистой гривой. Мирон крепко держался ручками за её гриву, поэтому ему было совсем-совсем не страшно.

Добрая лошадка спокойно шла по дорожке и плавно качала Мирона то вверх, то вниз. Её копытца стучали по земле ровно и мягко: цок, цок, цок. От этого мерного стука мальчику становилось очень уютно, тепло и спокойно.

Дорожка вела их мимо большого поля, где росла высокая зелёная травка. Днём эта травка весело шумела на ветру, а теперь она устала и захотела спать. Маленький вечерний ветерок тихо качал стебельки и ласково шептал: ш-ш-ш, засыпайте, цветочки. Мирон гладил лошадку по тёплой шее, а она тихонько фыркала и говорила: пр-р-р, едем спать.

Потом они поехали мимо маленьких домиков, в которых уже давно погасли все огоньки. Окошки в домиках потемнели, двери закрылись, и все люди легли в свои мягкие кроватки.

Во дворе в тёплой будке сладко спала собачка, а под крылечком свернулся пушистый котик и тихо мурлыкал: мур, мур. На улице стало совсем тихо, потому что никто больше не бегал и не шумел.

Только добрая лошадка везла Мирона и негромко напевала колыбельную песенку своими копытцами. Они стучали неторопливо: цок, цок, цок, шаг за шагом приближая их к дому. От этой песенки глазки у маленького Мирона начали сами по себе закрываться. Лошадка ступала очень бережно, чтобы не спугнуть вечернюю тишину.

Вот дорожка привела их к тихой речке, где не спеша текла сонная водичка: буль-буль. На самом дне уже уснули маленькие рыбки, а в камышах спрятались и задремали серые уточки. Они тихонько сказали: кря, кря, и тоже спрятали свои клювики под крылышки. Лошадка шла вдоль бережка все медленнее, а Мирон уютно прижимался к её тёплой спинке.

Ножки у лошадки шагали все тише и реже: цок… цок… цок. На тёмном небе зажглись ясные звёздочки, которые ласково мигали маленькому Мирону и звали его спать. Лошадка дышала глубоко и ровно: чух, чух, согревая мальчика своим тёплым носиком.

Она очень хорошо знала дорогу и несла Мирона прямо в сладкую дремоту.

Вот и закончилась длинная дорожка, потому что они наконец-то приехали к родному дому. Лошадка ласково сказала: тпру-у, и совсем остановилась возле самого крылечка. Копытца замолчали, и вокруг наступила полная, добрая и мягкая тишина.

Маленький Мирон уже спал самым крепким и сладким сном. Спят его ручки, спят ножки, и крепко закрыты сонные глазки. Добрая лошадка тихо стоит рядом, никуда не спешит и бережно охраняет его покой. Спи, милый Мирон, баю-бай, баю-бай.