Как Аким лежал в больнице

Семилетний Аким попал в детскую больницу совсем недавно, когда неудачно упал во дворе. Теперь он лежал в палате на высокой железной кровати. Гипс на правой ноге был тяжёлым, холодным и пах мокрым мелом. Аким отвернулся к стене, натянул одеяло до самого носа и молчал. Во дворе сейчас гоняли мяч, а он не мог даже дотянуться до тумбочки без скрипа пружин. Медсестра принесла чай в гранёном стакане, поставила рядом и тихо сказала:

— Пей, пока горячий.

Аким только дёрнул плечом. Лежать смирно казалось ему самым дурацким занятием на свете. Под простынёй лежало огромное белое бревно, которое нельзя было согнуть.

Утром палата наполнилась звоном ложек и скрипом тележки. В девять часов дверь распахнулась, и вошёл доктор в синем халате.

— Ну что, Аким, как наш перелом? — спросил он и сел на край кровати.

Аким растерялся и забыл всё, о чём злился с вечера.

— А кость правда срастётся? — тихо спросил он.

Доктор достал ручку и прямо на бумажной салфетке нарисовал аккуратную веточку с утолщением посредине.

— Обрастёт крепким валиком, как деревом, и станет прочнее прежнего.

Когда доктор ушёл, Аким попросил у медсестры карандаш и блокнот, чтобы записывать новые вопросы сразу.

На соседней кровати зашуршало. Мальчик постарше, которого звали Федя, достал деревянную коробку и высыпал на покрывало шахматные фигуры.

— Белыми играешь? — спросил Федя. — Пешку на е-четыре, занимай центр.

Они начали партию. Федя показывал, как конь скачет буквой «Г», а ладья ходит прямо, как поезд по рельсам. Аким торопился и сразу хотел срубить чужого ферзя, но Федя придержал его руку:

— Сначала выводи лёгкие фигуры, защищай короля.

К вечеру Аким научился делать рокировку и аккуратно записал в блокнот на тумбочке: «Когда снимут гипс, нога будет худее другой?»

После обеда принесли костыли с резиновыми наконечниками. Федя встал рядом на свои и скомандовал:

— Главное — не спешить. Смотри: сначала выносишь оба костыля вперёд на полшага. Потом упираешься в ручки ладонями и шагаешь здоровой ногой.

Аким встал, опёрся, тут же посмотрел на свои тапочки и качнулся вбок.

— Не разглядывай носки, они никуда не убегут, — улыбнулся Федя. — Смотри вперёд, на вон ту синюю дверь.

Аким поднял подбородок, выставил палки, упёрся и сделал чистый шаг.

— Вот так, отлично, для первого раза вообще здорово, — сказал сосед.

В четыре часа медсестра принесла толстый жёлтый конверт. На нём кривыми печатными буквами было написано: «Акиму в палату номер пять». Внутри лежали записки от одноклассников и рисунки фломастерами: гоночные машинки, динозавры и даже кот с кривым хвостом. Мишка с третьей парты прислал наклейку с роботом.

— Ого, сколько, — удивился Федя.

— Отвечу всем, — решил Аким.

Он достал тетрадный лист и разложил на одеяле. Спешить было нельзя, иначе писем не хватит до выписки. Поэтому Аким выбрал записку от соседа по парте и принялся аккуратно выводить ответное письмо про шахматного коня.

Дни перестали тянуться бесконечно. Утром доктор читал вопрос из блокнота и подробно объяснял про лечебную гимнастику и тёплые ванночки. Днём Аким писал новое письмо в школу и играл с Федей в шахматы. В коридоре он больше не сбивался со счёта шагов: костыли вперёд — упор — шаг. Сначала он доходил только до высокого фикуса в кадке, потом — до поста медсестры, где пахло мятными каплями, а к пятнице уже спокойно обходил весь длинный светлый коридор туда и обратно, ни разу не глянув себе под ноги.

В субботу утром в дверях палаты появилась мама с зимней курткой и ботинками.

— Собирайся, путешественник, за нами папа на машине приехал, — сказала она.

Аким расписался на гипсовой повязке у Феди на память, пожал ему руку и спрятал в карман блокнот со всеми ответами доктора. Он уверенно взял костыли, упёрся ладонями в мягкие перекладины и шагнул к выходу.

— Пока, гроссмейстер! — крикнул Федя с кровати.

— Пока! Встретимся во дворе! — отозвался Аким и зашагал по коридору к распахнутым дверям.