Амина и морская звёздочка

На самом берегу моря жила маленькая оранжевая звёздочка. Море за день нагрело камни, и от них шло мягкое тепло. В круглой каменной чаше осталась морская вода. Волна сюда уже не доставала, только тихонько шумела где-то вдалеке: шлёп, шлёп. На самом дне лужицы, на гладком песке, звёздочка раскинула пять своих лучей и слушала море. Вода вокруг была прозрачная, как стёклышко, и совершенно неподвижная. Солнце уже спряталось за мыс, и небо стало синим-синим. Звёздочка пошевелила кончиком луча и глубоко вздохнула. День кончался, а впереди была долгая тёмная ночь, которой она совсем не ждала.

На небе зажглись первые огоньки. Сначала один, потом второй, а потом всё небо покрылось крошечными искрами. В тихой воде лужицы они отразились сразу все, до единой. Небесные звёзды мигали, переливались белым и голубым светом и дрожали на глади воды. Оранжевая звёздочка посмотрела на них снизу вверх. Ей казалось, что они подмигивают именно ей и тихонечко смеются: вон мы какие яркие, нас видно отовсюду, а ты лежишь в ямке под водой и не светишься вовсе. Звёздочка подобрала лучи ближе к себе, спрятала оранжевые бугорки в мокрый песок и отвернулась к камню.

По тропинке послышались лёгкие шаги. Это пришла девочка Амина в синем сарафане. Она всегда приходила сюда перед сном, когда мама звала пить чай. Амина тихонько опустилась на тёплый плоский камень и поджала босые ноги. Вода чуть колыхнулась от её дыхания.

— Привет, — шепнула Амина и опустила пальцы в лужицу. — Как ты тут?

Звёздочка не стала прятаться, только чуть шевельнулась на дне. Вода вокруг пальцев девочки пошла мелкими кругами. На берегу пахло сухими водорослями и вечерней прохладой, но внутри каменной чаши всё ещё держалось дневное солнце.

— Они опять там горят, — тихо сказала звёздочка и показала лучом наверх. — Смотри, какие чистые и блестящие. Всё небо освещают, даже море из-за них серебряное. А я тут лежу, как простой камешек. Ни огонька, ни искорки. Зачем меня вообще назвали звёздочкой, если от меня в темноте нет никакого толку?

Амина склонила голову набок и посмотрела сначала в небо, а потом глубоко на дно. Там, где лежала её морская подружка, вода казалась густой и бархатной. Девочка улыбнулась, но ничего не ответила сразу, только тихонько погладила воду над звёздочкой кончиком пальца.

— А ты посмотри вниз, — прошептала Амина. — Не на небо, а на свои лучи. Гляди, только не шевелись.

Звёздочка замерла. К её бокам со всех сторон медленно подплывали крошечные прозрачные мальки. Они были не больше иголки и почти невидимые в сумерках. Следом за ними из-под камня выбрались два крохотных рачка с тоненькими усами. Они подошли вплотную к звёздочке и осторожно прижались к её пупырчатой спинке. Мальки улеглись прямо между оранжевыми лучами, спрятав свои носики в мягкие складки. Во всей остывающей лужице только здесь, у самого тела звёздочки, песок оставался по-настоящему тёплым.

Звёздочка долго молчала. Мальки в углублениях между лучами закрыли круглые глазки и перестали шевелить хвостиками. Один рачок поудобнее уложил свои клешни на её крайний луч и затих, пуская крохотный пузырёк. Звёздочка боялась даже вздохнуть, чтобы не потревожить их чуткий сон. Она медленно опустила луч плотнее к песку, прикрывая рыбку от прохладного вечернего течения. Наверху по-прежнему дрожали в воде холодные отражения небесных огней, но звёздочка больше не поднимала глаз. Ей некогда было смотреть на небо: у неё под боком спал целый детский сад.

— Спокойной ночи, — еле слышно сказала Амина.

Она осторожно вытащила мокрую ладошку из воды, чтобы не поднять волну, и вытерла пальцы о подол сарафана. Море у самого берега прошуршало мелкой галькой: шур-шур. Девочка поднялась на ноги и пошла по песчаной тропинке к дому, где в окнах уже горел жёлтый абажур. В каменной лужице стало совсем тихо. Мальки спали, уткнувшись в оранжевые лучи, а звёздочка лежала на дне, грела воду вокруг себя и слушала, как набегает на камни сонная ночная волна.